11.08.2017 в 08:55

Пишет  Анна Геннадиевна:

В 1972 году в Южной Корее была принята новая конституция, закрепившая переход к откровенной диктатуре. Ограничения на количество президентских сроков отменялись. Теперь президента должна была избирать специальная коллегия, правила формирования которой полностью исключали возможность не только победы оппозиционного кандидата, но даже и его участия в «выборах». Треть парламента по новым правилам составляли депутаты, назначенные самим же президентом.

Так что у Пак Чон Хи, которому тогда было всего 55 лет, появилась реальная возможность получить неограниченную власть на десятилетия. Но корейцев такая перспектива не радовала, и в эпицентре вновь оказалось студенчество. В 1979 году, вскоре после очередных «выборов» Пака, начались студенческие демонстрации, которые переросли в беспорядки с нападениями на полицейские участки и госучреждения.

Вероятно, дело могло кончиться силовым подавлением беспорядков, к чему Пак был всегда готов. Однако произошло нечто неожиданное: 26 октября 1979 года Пака, прямо во время совместного обеда в помещении КЦРУ, застрелил директор этой организации. До сих пор никто не знает, что подтолкнуло чиновника, призванного стоять на страже государства и его лидера, к такому экстраординарному поступку. Версии разные: то ли разногласия по фундаментальным вопросам развития страны, то ли элементарное соперничество с начальником личной охраны Пака, то ли эмоциональный срыв. Факт состоит в том, что Пака вдруг не стало.

Победа демократии не всегда означает, что правящая элита теряет власть. Эта элита может годами сохранять свои привилегии даже в условиях свободных выборов. Именно так происходит в Бразилии
После естественной в такой ситуации неразберихи власть в стране захватил другой генерал, Чон Ду Хван. На студентов это подействовало примерно как хорошая порция керосина на затухающее пламя. В мае 1980 года беспорядки в городе Кванджу переросли в вооруженное восстание. При его подавлении погибли сотни, если не тысячи протестующих. Так южнокорейский режим, и до того не особенно вегетарианский, стал настоящей кровавой диктатурой. И этого корейцы Чон Ду Хвану не простили.

Видимо, Чон вполне сознавал свою политическую уязвимость. Сначала он пытался закручивать гайки. Существовавшие ранее оппозиционные партии были запрещены. В течение какого-то времени в выборах могла участвовать только фиктивная оппозиция, полностью контролируемая властями. На диссидентов и организаторов студенческого движения обрушилась новая волна репрессий. Однако протесты продолжались. В мае 1987 года к студентам присоединились многие другие граждане, так что общее количество участников перевалило за миллион. И военные просто сдались. Уже в июне они объявили о восстановлении прямых президентских выборов и иных гражданских и политических прав. Это не осталось пустыми обещаниями.

На первых по-настоящему свободных выборах победил, воспользовавшись разрозненностью оппозиции, один из ближайших соратников Чон Ду Хвана, Ро Дэ У. Казалось бы, он мог отыграть назад демократические реформы, но этот путь был уже пройден его предшественником. Ро Дэ У принял новые правила игры и в 1993 году, по итогам выборов, мирно передал власть одному из лидеров движения за демократию.

Потом и Чон, и Ро были осуждены за насильственный захват власти, преступления в Кванджу и коррупцию. На нарах они не засиделись: вскоре обоих амнистировали. Но путь в политику им заказан.
Политика Южной Кореи остается сложной. Продолжается борьба между последователями Пак Чон Хи (до недавнего времени президентом была его дочь) и наследниками демократического движения, которые ныне у власти. Но теперь эта борьба протекает в режиме публичных дебатов и выборов, а не спецопераций и беспорядков. И это большой выигрыш для всей страны.

Но главный выигрыш Южной Кореи — в другом. Когда-то она выдвинулась в ряд мировых индустриальных держав. С этим диктатура справилась. Но только в условиях демократии страна смогла выйти в авангард мирового развития. Теперь она производит не только ширпотреб. Главный продукт — технологические и даже культурные инновации. Жертвы, принесенные корейской молодежью в борьбе за современное общество, окупились в том смысле, что теперь это страна, открывающая возможности для молодых и соответствующая их запросам.

(с)

URL записи